---начало игры

Я опоздаю. Я опоздаю! Ятен будет очень недоволен! - думала Минако, пробегая мимо очередного столба. На днях девушка напросилась на пробы в кино и при помощи Яти попала туда. Фильм был романтический и леди уже проговаривала про себя, что будет говорить. Она понимала, что наверняка будет какая-нибудь любовная сцена с поцелуями, но это её ничуть не смущало. Коу, узнав, что девушку приглашали ещё в один романтический фильм, пришел в такое недовольство, что чуть не выбросил из окна стул. Слава, что Мина успела убежать.
-Яти так волнуется за меня, но я не принадлежу ему! Сказать ему, что я согласилась сниматься в "Звезды любви"? Позавчера, когда мне делали такое предложение, он был очень зол и чуть не побил режиссера. Он ревнует? Такой милашка. - говорила вслух Венера, остановившись у скамейки и присев на неё. Ей было так приятно, что парень старается ей помочь и защитить её, но девушка имела свою мечту и свои желания. Конечно она понимала, что в кино очень часто роли получают через постели, но ей в данном случае повезло. Как и тому, кто ей бы предложил, поскольку мастерство давать пощечины Мина отточила до идеала. Ей очень часто приходилось их использовать на своих многочисленных парнях.
Почему именно я подхожу на эту роль? Вы ищите саму богиню, олицетворяющую любовь, Земную Афродиту? И я мечтаю сняться в фильме! - проговаривала Минако свою роль в памяти, облокотившись об спинку скамьи. Она нервничала, поскольку люди, которым она должна была раскрыть свой потенциал, были известными критиками, известными актерами, которые также примут участие в съемках фильма и они, как рассказал ей Ятен, не были настроены снисходительно. Им нужен был идеал и такой идеал могла предложить сейлор Венера. Но от волнения избавиться было невозможно.
Я девушка со своими принципами, но, если потребуется, я сыграю в сцене с поцелуями! Я сделаю это! - вдохновляла себя Мина на подвиги, разминая руками свои усталые ноги. Ей пришлось пробежать минимум несколько километров и устать девушка успела. Несмотря на то, что до приема оставалось ещё целых два часа, Аино очень боялась опоздать и всеми силами торопилась вперед.

------------+Начало игры+------------

    Лучи яркого солнца, так контрастировавшие с холодными звёздами, что освещали родной Минезис, неприятно ударили в глаза.  Пришлось зажмуриться, закрывшись рукой.  Открыв глаза и поморгав, чтобы привыкнуть к, неожиданно обрушившемуся на неё яркому свету, Бертьерайт огляделать по сторонам, пытаясь понять, туда ли, собственно, она попала.  Да, туда.  Это был Токио.  Всё тот же, почти не изменившийся с её последнего прибывания здесь город.  Столько лет прошло, а здесь всё по- прежнему, -  с усмешкой подумала блондинка, устремляя взор вдаль на, чуть рябившую от лёгкого ветерка, воду, -  интересно, изменились ли люди?  При воспоминаниях о людях внутри прошла волна неприяхни.  Демоница вспомнила то недолгое время, когда она сама и её сёстры, будучи очищенные серебряным кристаллом жили как простые смертные, лишённые своих сил.  Как же мерзко.  Перед мысленным взором Берты материализовался кадр из прошлого, когда она, Кермисайт, Петсайт и Калаверайт мели двор возле чисовни Хикава.  Тогда они были счастливы....  Да- да, именно счастливы.  Им нравилась эта простая беззаботная жизнь.  А потом, что- то произошло и тьма снова вернулась в сознание.  И сила тоже вернулась.  Ко всем ли?  Бертье не знала.  Она знала лишь о том, что случилось конкретно с ней.
    Когда она вновь обрела силу, то не сразу вернулась на родной Минезис.  Пусть её пока посчитают отступницей.  Пусть о ней все забудут.  Ей нужно было время.  Время, чтобы восстановиться.  Она ушла в горы.  Жила там около года в полном одиночестве, медитируя и тренируясь.  Да, красавица- Берта научилась обращаться с мечом.  Не в совершенстве, конечно, потому что в этом случае, нужен учитель, но, во всяком случае, теперь, она уже не была хрупкой изящной куколкой, плачущей, когда её ударят и стремглав бегущей к зеркалу замазывать кремом раны, чтобы сохранить свою красоту.  Нет, теперь Бертьерайт стала воином.  Ни сколько по силе, она у неё осталась почти такой же, ну, разве что прбавилась немного натренированности, да ловкости-  она была воином по духу.  Жестоким, тёмным воином.  Истиным демоном.  Год спустя, она вернулась на, опустевший к тому времени Минезис.  Где все?  Где её семья?  Она не знала.  Странно, но у неё почти не было сожаления, даже наоборот, с неё будто спали какие- то внутренние оковы, она будто освободилась от чего- то....
    Проклятье!  Что ж это я?!-  опомнилась, вдруг Берта, оглядев себя.  Высокие, до середины бедра, ботфорты и небесно- голубой купальник с аппетитным декальте-  это, конечно, красиво, но для Земли, всё- таки вариант не подходящий.  Девушка ещё раз огляделась.  Нет, на неё никто не смотрел.  На набережной вообще не было никого, кроме двух девушек-  брюнетки и блондинки.  Да и то, они были увлечены разговором, (похоже, у них была даже небольшая перепалка из- за того, что кто- то кого- то сшиб), так, что никого вокруг не замечали.  Демоница щёлкнула пальцами и знак чёрной Луны тут же исчез с её лба, а минезианский наряд сменился на лёгкое голубое шифоновое платье на тонких брительках.  Оно доходило ей почти до щиколоток.  На ногах девушки появились изящные босоножки на тонкой шпильке с перемычками на щиколотках.  Воинственность воинственностью, а страсть к красоте и изяществу всё- таки осталась.  Всё пройдёт....  Пройдёт и это, -  немного рассеянно подумала Бертье, наблюдая за тем как золотые солнечные блики искрятся на водной глади.

Просто так смотреть на воду почему- то вдруг, стало скучно.  Это было немного странно для Бертьерайт, ведь, вообще- то, она могла посвящать этому нехитрому занятию целые часы.  Наблюдение за водной стихией давало умиротворение, успокаение, позволяло собраться с мыслями.  Так было всегда, но, почему- то, не сейчас.  Почему, не могла понять даже сама Берта.  Может воспоминания прошлого не дают мне покоя?  А, может атмосфера этой планеты так на меня влияет?  Нет, сама по себе планета ей нравилась:  её природа, растения, голубое небо.  Несмотря на то, что Берта была демоном, разрушать такую красоту она не хотела.  Разрушать нужно было совсем другое, а именно, нынешний мировой порядок.  Его нужно было меня.  Его и людей.  А тех, кто не пожелает измениться....
    Девушка тряхнула белокурой головой, отгоняя ненужные пока мысли.  Не стоит так тоопиться.  Сначала нужно всё разведать здесь.  И, главное-  узнать, как поживают пои старые "подружки"- воины.  Бертье улыбнулась.  Да, эти наивные девчонки, вещающие приторно- сладкие речи о добре и свете.  Она могла бы победить их ещё тогда, если бы не Кермисайт, размягчившая ей сердце своими слезами.  Нет уж, больше я такой ошибки не сделаю!-  жёстко и безоговорочна решила Бертьерайт понимая, что с призраками прошлого пора кончать.  Нужно начинать жизнь с чистого листа, безжалостно обрубая всё то, что будет этому мешать.  Демоница отошла от гранитного парапета и меделнно пошла вдоль него.  Она точно не знала, куда именно идёт, но, решила довериться интуиции, которая, практически, никогда её не подводила.
    Но, на сей раз, интуиция решила повести себя непредсказуемо, потому что она кинула Берту в объятия нового, непознанного ранее.  Причём, кинула, в самом прямом смысле этого слова.  Минезианка даже не успела толком сообразить, что произошло, когда она уже лежала на земле, а сверху на ней лежала та самая брюнетка, которую она только что видела поодаль.  И, всё бы ничего, если бы в следующую секунду Берта не почувствовала на своих губах сладкий шёлк....  Им оказались губы брюнетки, так неожиданно соприкаснувшиеся с её.  Какого чёрта?!  Возмущённая Бертьерайт уже хотела было скинуть с себя девушку, как вдруг, ей на ум пришла совсем другая идея.  А, что, если мне немного позабавиться?  Всё равно делать нечего.  По ярко- алым губам демонессы зазмеилась улыбка, когда она увидела, сколь сильно смутилась упавшая на неё брюнетка.  Она уже, хотела отстраниться и, наверное, подняться, когда рука минезианки скользнула по её талии и, сильно, но плавно притянула её к себе.  В следующую секунду, блондинка впилась в её губы страстным поцелуем.  После продолжавшегося около минуты слияния губ, Бертье отстранирлась и, ехидно улыбнувширсь, легко выскользнула из- под брюнетки.  Поднявшись, девушка почувствовала лёгкое головокружение и какое- то странное сладко- томящее ощущение во всём теле.  Что это, Берта не знала, ведь ранее ей никогда не приходилась испытывать ничего подобного.
- Не знала я, что здесь принято знакомиться таким странным способом, -  мелодично пропела она, опираясь спиной о гранитный парапет и чуть подогнув одну ногу.
Минезианка сама не знала, с чего вдруг начала эту странную, не свойственную ей ранее, игру.  Никогда прежде она никого не обольщала и ни с кемп не кокетничала-  это было уделом младшей Кермисайт.  А сейчас....  Наверное смущение и растерянность девушки были так милы, что она просто не смогла удержаться.  А может....  Может что- то изменилась и в самой Бертье.

Берта чуть улыбнулась, когда девушка сказала, что не рассчитывала так легко отдать свой поцелуй.  Попробовала бы ты мне что- нибудь не отдать, если я этого захочу.  Смертная....  У Бертье не было способности распознавать, человек перед ней, демон или воин до тех пор, пока тото сам не проявит себя, ну, или, если его аура не будет выделяться уж слишком явно, поэтому, вполне логично, что Берта приняла брюнетку за простую смертную.  Да, надо как- то научиться различать, кто есть кто, -  вскользь подумала она, а потом снова перевела взгляд на собеседницу.  Та стояла и смотрела на волны, закусив губу.  Она сказала, что это был её первый поцелуй.  Какая ирония, ведь у Бертьерайт он тоже был первый.
    Девушка прикрыла глаза, вспомнив, как в детстве рассказывала сёстрам о том, как она подарит свой первых поцелуй какому- тнибудь мрачному тёмному принцу на каком- нибудь роскошном великосветском балу.  А вышло иначе.  Вместо бал была обычная токийская набережная, а вместо принца, симпатичная черноволосая девушка.  Девушка....  Как могло случится, что первый свой поцелуй Бертье подарила именно женщине?  Причём, подарила играючи, добровольно.  И всё же, что это за странное ощущение?-  не без лёгкой паники думала минезианка, -  Такая горячая волна разлилась по телу, будто пламя....  Берту пугал факт новизны этого ощещения, того, что она никак не могла понять, что же с ней происходит?  Но смятение своё показывать она не хотела, а продолжила говорить в той же уверенно- игривой манере:
- Но, как бы там ни было, ты подарила его мне, -  демоница вновь загадочно улыбнулась, а поом прошептала на ушко девушке таинственным шёпотом, -  а ты знаешь, что тот, кто дарит первый поцелуй другому человеку, отдаёт ему частичку своей души?
Сказав это, Бертье хихикнула и отстранилась.  Молодая наивная девушка.  Простая смертная девушка.  Минезианка чуть прикрыла глаза, сомкнув длинные пушистые ресницы, воображая, как она, должно быть, испугаетс, когда услышит это.  Люди почему- то боятся, когда слышат что- то, связаное с понятием души.  Азнают ли они, что такое эта самая душа?  Если нето, то, почему же они так боятся её потерять?  Глупые людишки.

Что?  Как она сказала?-  глаза Бертьерайт округлились против её воли.  Фразу "душонка человеческая" простой смертный вряд ли скажет, если, конечно, он не сектант- фанатик или кто- то в этом духе.  Но, о таких категориях людей, минезианка, понятное дело, даже примерного представления не имела.  Поэтому, она и пришла к выводу, что такое мог сказать лишь....  Демон.  Неужто она не так проста, как кажется?  Бертье повернулась и, внимательно посмотрев на собеседницу, задумалась.
    Конечно, можно было бы проверить её с помощью сертги- крирсталла.  После вторичного получения ею тёмной силы, это незатейливое украшение преобрело свойство "заражать" души людей тьмой, а также, реагировать на тьму вокруг.  Правда, реакция эта происходила лишь в том случае, если скопление этой самой тьмы было очень большим.  А, если она хорошо маскируется?  Тогда я могу вообще не почувствовать этого.  Гипноз?  Нет, я могу применять его только в сочетании с кристаллом, при "заражении".  Так что, здесь это тоже не поможет.  Демоница была в замешательстве.  В прирнципе, можно было просто не обратить на это внимания и спустить на тормозах, но, очень уж её заинтересовала эта нестандартная фраза про человеческую душонку.
    Интересовало, но, не настолько, чтобы тратить на выяснение этого обстоятельства время и силы.  Силы ей ещё понадобятся, а времени, чтобы разведать обстановку н7а Земли и прикинуть примерный план действий до того, как она встретит кого- то из семьи тёмной Луны, было не так и много.  Поэтому Бертье отошла от парапета и сказав левушке "до свидание", (простое, дежурное "до свидания", не надеясьл, впрочим, на это самое повторное свидание), направилась в сторону городских улиц.

------------------------------------------------->Улицы.

Отредактировано Бертьерайт (2012-06-22 13:40:55)

Девушка шла по набережной. Ветер дул в лицо и разбрасывал темные волосы в разные стороны, они прилипали к губам, которые были накрашены блеском. Солнце еще было высоко, но уже приближалось к краю горизонта и постепенно краснело. В наушниках на всю громкость, которую мог позволить себе телефон, играла песня не очень известной рок-группы. Но в большой громкости не было ничего странного - Саю любила отстукивать ритм по ногам или по асфальту, пока она идет. Да и она считала, что если слушать хорошую музыку тихо, то вся любовь к ней пройдет. Поэтому у нее оба наушника находились в ушах, а наушники разрывались от громкости.
- Никому не доверяй наших самых страшных тайн, никому не говори, как мы умрем... - шепотом пела Хикарава. Может, она не шептала это, а орала самым настоящим образом. Или говорила своим обычным голосом. Вот в чем заключалась, наверное, единственная проблема наушников. Песня кончилась, и Саюри ударила себе по коленкам, ставя точку. Начиналась какая-то, с первого взгляда, тихая мелодия, а потом в всю голову проник Курт Кобейн и начал надрываться своим божественным голосом. Саю остановилась, оперлась на ограду и прикрыла глаза. Он божественен. Девушка отбивала ритм по оградке, солнце светило ей в спину.

Только-только Саюри расслабилась, погрузилась в эту атмосферу прокуренности Кобейна, каких-то проблем и всего прочего, как кто-то, явно не добрый, шлепнул чем-то по ноге. Девушка резко разпахнула глаза и нагнулась, чтобы успокоить боль, которая не была вот прям чтобы загибаться можно, но больно. Потом подняла голову и увидела парня, довольно красивого, с тростью в руке. Саю резко вытянула наушник, нахмурилась и кинула:
- За что? Больно же. Бьете девушку, а еще мужчина называется! - Саюри снова начала потирать больное место. Радость и наслаждение от музыки Кобейна куда-то улетучились. Может быть потому, что музыка сменилась. Кто-то надрывался, крича на всю громкость в другом ухе Хикарава "Корабль ждееет!" Девушка ухмыльнулась и повернулась к ограде набережной. Что за вообще парень? Да и за что? Что, я все ж таки орала песни, да? Ну хорошая песня же. Про жизнь и про смерть.
- И если вам не нравится этот стиль, то к чему выбивать к нему любовь у других такими способами? - Фраза насквозь была пропитана сарказмом, или чем-то похожим не него. - Вот сейчас специально буду петь громко, и чтобы все слышали. - Она отстучала ритм небольной ногой и начала:
- Жар по телу бродит, хороводы водит, страшно ломит кости, не пускает в гости, льется пот ручьями, утром, днем, ночами, видимо напрасно приняты лекарства, градусник спросонок, скоро будет срок, не спасла микстура, лезет, словно дура, вверх температура. Больше никакого рок-н-ролла, никакого рок-н-ролла, никакого рок-н-ролла!